Меню пользователя

Не зарегистрирован


Вход
Забыли пароль?
Регистрация

Новости посёлка

03.02.11 

02.02.11 

 
 

 Поиск по сайту                                           
                            
Яндекс
      

  Молодость в Синявинских болотах

    
 

27 января 1944 — полное снятие блокады Ленинграда

    
  

 

День нашей встречи с фронтовичкой — защитницей Ленинграда Мариной Алексеевной Мелешкиной — был морозным и ярким. Солнце заглядывало в ее окно и словно подбадривало: держись, милая! Досталось тебе в жизни лиха, но ты же сильная!

 

Не встречает пирогами своих гостей бабушка Марина — болезнь уложила ее в постель. Дочь Нина заботливо ухаживает за матерью: вовремя накормит, напоит, освежит мокрым полотенцем. Время потеряло счет для пожилой женщины: ей больше важен день, когда приносят пенсию.

 

— До войны мама жила в Кировской области. С 13 лет работала в колхозе. С началом войны деревенскую молодежь отправили на лесозаготовки: сами лес валили, сами грузили, сами вывозили. Наломались до чертей в глазах и ломоты в костях, но выдержали, иначе не мыслили — все для фронта, все для победы! — начала свой рассказ за маму ее дочь.

 

Да и сама война все ближе подбиралась к дому Мелешкиных. На исходе весны 1942 года погиб на фронте старший брат Петр. Этой же осенью из райвоенкомата пришла повестка Марине. Отец отвез дочь на призывной пункт, сдержанно попрощался, а слезы горькие пролил в обратной дороге.

 

— Мама вспоминала, как привезли их, 18-летних девчонок, в Киров. После медкомиссии остригли девичьи косы и наутро в холодных телячьих вагонах отправили, незнамо куда. Везли долго: днем эшелон стоял на запасных путях, а двигался только ночью. Чем дальше от родного дома, тем больше слез: что ждет впереди? Оказалось — Ленинградский фронт. В сумерках высадили девчонок на лесном разъезде и приказали следовать до штаба 220-го запасного стрелкового полка. К утру дотопали кое-как по сугробам. Уже на месте поставили всех в строй, сделали перекличку. И начали обучать: разбирать и собирать винтовку, шагать в ногу, владеть штыком и так далее. Освоив военную науку, несколько месяцев спустя Марина Мелешкина приняла военную присягу и стала бойцом Красной Армии. Настоящим! То есть получила, наконец, гимнастерку и юбку по фигуре, и солдатские ботинки по ноге, а не «сорок  последнего» размера.

 

Воевать, однако, пришлось другим «оружием»: с группой девушек Марину отправили в банно-прачечный дезинфекционный отряд. Стирать солдатское обмундирование — тяжелый труд: суровое от засохшей грязи и крови «хэбэ» в воде деревенело. Ежедневно к лоханям, корытам вставали прачки 18-23 лет, норма стирки — 50 кг сухого белья, то есть штук 200 гимнастерок, брюк, нательных рубах и кальсон. После замочки белье варили в «бучельниках»: загружали 250-350 штук, мешали деревянными лопатами — в пару, в дыму. После полоскали вручную. С рук не сходили кровавые мозоли, девчонки не спали ночами — плакали от боли.

 

Через три месяца добросовестную девушку перевели из первого эшелона фронта во второй — печь хлеб в полевой армейской пекарне. Приходилось и пудовую квашню теста месить, и мешки с мукой таскать, и воду носить. Зато и ржаного хлеба с горячей хрустящей корочкой, с ароматным подсолнечным маслом поела досыта.

 

Под вражеским огнем

С такой душой относиться к работе и оставаться незамеченной невозможно, и вскоре пекаря Мелешкину перевели в 11-ю гвардейскую стрелковую дивизию, воевавшую в районе Синявинских болот (в сводках — Синявинские высоты). Вот где страху натерпелась!

 

Лишь один из моментов ленинградской эпопеи:

 

«После прорыва блокады Ленинграда в январе 1943 года войска Ленинградского и Волховского фронтов отвоевали узкую полоску земли между южным берегом Ладожского озера и Синявинскими высотами. По ней была проложена железная и шоссейная дороги, связавшие Ленинград с Большой землей. Работали они под непрерывным огнем противника, поскольку Синявинские высоты господствовали над местностью.

 

Летом враг сосредоточил здесь 12 дивизий. Новая опасность нависла над Ленинградом. Ставка Верховного Главнокомандования решила упреждающим ударом Ленинградского (командующий Л.А. Говоров) и Волховского фронтов (командующий К.А. Мерецков) сорвать планы врага. Острия сходящихся ударов были нацелены на станцию Мга, которую немцы называли «замком Ленинграда, запирающим город с востока».

 

12 июля 1943 года артиллерия Ленинградского фронта приступила к разрушению укреплений противника, подавлению его огневых средств, уничтожению живой силы. Ранним утром 22 июля после мощной артиллерийской подготовки началась Мгинская операция. В бой вступили пехота, саперы, танкисты. На всех участках разгорелись бои. Изо дня в день в течение месяца перемалывались резервы противника. Чтобы удержать Синявинские высоты, гитлеровцы вынуждены были перебросить сюда еще семь дивизий.

 

Бои за Синявинские высоты наши бойцы называли «наступлением на животах». Торфяные болота не позволяли оборудовать исходный район для наступления. Даже мелкие окопы быстро наполнялись водой. К высотам не было скрытых подступов. Все просматривалось и простреливалось немцами с занятых еще в 1941 году высот. На наших позициях трясина засасывала орудия до четырех метров в глубину. Жара, болотные испарения и постоянный дым от горения торфа вызывали рвоту. За неделю истлевали гимнастерки…»

 

В таких адских условиях офицеры командовали, солдаты воевали, прачки стирали, повара готовили.

  Маму назначили помощником повара, а обеды готовил повар, работавший до войны в ресторане. Военное меню, конечно же, отличалось от ресторанного: обычные супы из овощей и крупы, с мясом или тушенкой, каши — рисовая, пшенная и гречневая. Мама смеялась, рассказывая, что в деревне гречки в глаза не видала, и повар долго уговаривал ее хотя бы попробовать «черную» кашу — как это вкусно!

 

Готовый обед как можно быстрей надо было доставить на НП, и часто — под обстрелом противника. Тогда-то и наступала настоящая работа для помповара Мелешкиной. На передовой под разрывами снарядов было очень страшно, но она ползла, прижимаясь к земле и толкая перед собой тяжелые термосы. Каждый такой поход мог закончиться гибелью или ранением, но она всегда появлялась вовремя. Недаром, комдив Владимир Шкеля называл ее «Маша — кормилица наша».

 

В конце войны дивизия освобождала от врагов Латвию и Эстонию. 9 мая 1945 года на пути в Выборг неожиданно началась оглушительная стрельба. Все переполошились: что такое, неужели немцы опять что-то предпринимают? Оказалось — Победа! Почти три года войны для бойца Мелешкиной закончились. Две боевые награды — «За оборону Ленинграда» и «За боевые заслуги» сияли на ее гимнастерке. Пора домой!..

Татьяна АГЛЯМОВА

    
 
    

Памяти церковного казначея


С благоговением и благодарностью…


Не стало нашего церковного казначея Александры Константиновны Рубцовой. Вернее, казначеем она отказалась быть ещё в декабре прошлого года, до этого занимая эту должность почти пятнадцать лет. Это был человек, которому можно было, не считая, отдать всю церковную выручку в полной надежде, что ни одна копейка не затеряется. Когда мы начинали «с нуля» обустраивать церковную жизнь в Рудничном, когда никто не верил, что в умирающем посёлке будет церковь, Александра Константиновна, разменяв восьмой десяток, взвалила на свои плечи всю бухгалтерскую работу и содержала церковную кассу, а спустя восемь лет оставила за собой только должность казначея.      

Александра Константиновна всю жизнь проработала бухгалтером. Благодаря опыту и безукоризненной честности она занимала должность главного бухгалтера ВКФР. Поговаривают, особенно в последнее время, что при коммунистах жилось лучше. Так вот это потому, что ключевые посты в Советском Союзе занимали люди с православным  мировоззрением, а вовсе не с коммунистическим. Истинные коммунисты пришли к власти в начале девяностых. Не нужно пояснять, что из этого получилось.

 В некрологах принято писать о значимых личностях: «после долгой продолжительной болезни» и далее: «понесли невосполнимую утрату». Впрочем, это о тех, кто, дорвавшись до власти, достаточно долго морочит народу голову, а затем вдруг возьмёт и «даст дуба».

Наша Александра Константиновна скончалась тихо, я бы даже сказала, необременительно. Она вообще всю свою жизнь боялась кого-нибудь озаботить, доставить кому-нибудь неудобство. Сильные боли, которые изнуряли её последние месяцы жизни, она скрывала всё той же простой приветливой улыбкой, которую мы привыкли видеть с первых дней знакомства. Ещё вечером её навещал батюшка, шутили, она мило улыбалась. А ночью к ней пришла смерть. Александра Константиновна везде включила свет, присела на стул... Так и нашли её утром сидящую на стуле, но уже бездыханную...

Она была очень благовоспитанным человеком. Это внутреннее благородство, присущее истинно русской душе, она впитала ещё с молоком матери и пронесла через всю жизнь, несмотря на все испытания.

Александра Константиновна родилась намного южнее наших мест. На степном хуторе под Саратовом очень большой дружной русской крестьянской семьёй жили вместе с родителями, бабушками-дедушками, жёнами и детьми братья Рубцовы. В конце двадцатых годов прошлого столетия их всех вместе с детьми и стариками объявили мироедами и эксплуататорами и раскидали по лагерям. Шуре не было и десяти лет, когда её с родителями по этапу доставили в пересылочный лагерь под Елабугой. Родителям – Константину и Анастасии  – было по двадцать восемь лет. Кроме Шуры у них был ещё сын Николай, на три года младше сестры, двухлетний Иван, и ещё один ребёнок-грудничок. Работоспособных мужчин отделили от женщин и, согнав в колонну, отправили в Коми строить посёлок для спецпереселенцев. А женщин с детьми сгрудили в больших бараках. Дело было в конце зимы, но на весь барак имелась только одна печка-буржуйка. Редко когда удавалось Анастасии протиснуться к печке, чтобы просушить пелёнки; она сушила их, обернув вокруг своего тела. Изо всех сил она боролась за жизнь своих детей, но что молодая женщина могли сделать против убийственной, бесчеловечной государственной политики? В пасхальную ночь из барака вынесли шестьдесят детских трупиков невинных страдальцев.  Среди них был и самый маленький братик Шуры... Бог прибрал... Однажды у нас в посёлке один оказавшийся без работы мужчина покончил жизнь самоубийством из-за того, что у него не оказалось курева, и никто не дал ему денег на сигареты. Тогда я спросила Александру Константиновну: «А в лагере часто случались самоубийства?» «За всё время помню только два случая». Как же сильно было в народе православное отношение к жизни как к Дару Божьему, что среди тысяч поставленных в нечеловеческие условия людей только двое решились оборвать дарованную Богом жизнь!  

Расставшись с отцом в пересыльном лагере, Александра Константиновна уже больше его не видела: молодой трудолюбивый мужчина, так же, как и многие тысячи его сверстников погиб в тайге. До смерти уставший, вернувшись с работы в оледеневший барак, он, пристыв к нарам, на утро уже не мог встать на ноги... Тем не менее, семья, лишённая кормильца, была этапирована в лагерь под Сыктывкар. Там детей хотели отобрать у матери, заражённой религиозными предрассудками, и поместить в детдом. Анастасия отказалась. Тогда на детей перестали выдавать продукты. Потом насидевшихся голодом детей стали принуждать отказаться от матери и пойти в детдом. Но Шура и Коля изъявили желание остаться с матерью. И только самого маленького, Ваню, забрали... Оставшись с матерью, дети, по сути дела, избрали голодную смерть. Анастасия решила с детьми бежать. Сходили в детдом, попрощались с Ваней. Дети стали звать своего младшего братишку с собой. Ванечка смотрел на них как испуганный зверёк: четырёхлетний ребёнок, познавший, что такое голод и видевший смерть, должен был сделать выбор: остаться ли в тёплом и сытом детдоме или бежать с мамой в холодную тайгу. Один Бог знает, что творилось при расставании в душах этого ребёнка и его матери... Ваня остался. Да и как такой маленький ребёнок выдержал бы побег? Всё это так, но самому Ване, так жестоко поставленному перед выбором: мама или кусок хлеба, – до конца своих дней было совестно за этот свой выбор; он тяжело переживал... Умер он совсем ещё не старым... Сейчас некоторым может показаться странным: как это так, младенец – и такое развитое чувство совести? А ведь именно такая совесть и отличает православного человека, даже младенца. Из жития святых можно привести немало случаев, когда дети сознательно шли на подвиг ради Христа.

Лесными дорогами наугад пробирались беглецы. Дети есть дети: им было весело шагать по лесу, они смеялись, когда случалось оступиться, шалили, бросаясь шишками. А каково было матери, которая вела их, не зная дороги, через тайгу, где волки и медведи так не похожи на сказочных персонажей! Сколько таких вот беглецов навсегда бесследно исчезло среди бескрайних лесных просторов!

Только чудом Рубцовы добрались до вятских пределов, до Верхнекамья. Но в Старцево их всё-таки поймали. Стали выпытывать, откуда они бежали. Могли отправить назад в Коми на верную смерть. Но Анастасия уговорилась с детьми, что бежали они с Рудничного. В то время в посёлке Рудничный спецпереселенцев было очень много, поэтому долго разбираться не стали: так Рубцовы прописались в Рудничном. Там же на кладбище теперь могилы матери и дочери: Анастасии и Александры...    

 Анастасия прожила долгую жизнь и скончалась в 94 года. Она долго умирала от непроходимости кишечника: в таком возрасте не оперируют, ей делали обезболивающие уколы, но они не действовали. Без сомнения, её одолевали страшные боли. Но разве могла русская верующая женщина, пережившая всю трагедию сталинского времени, последние дни своей жизни отдаться малодушию: капризничать, кричать, проклинать всё и вся. Она  тихо лежала на постели и постоянно обстоятельно и неспеша накладывала на себя крестные знамения. Лукавые духи смущали её. «Вон сидит!» – указывала она глазами поверх шифоньера и внимательно крестилась.

…К сожалению и даже к несчастью, многим сейчас просто не понять: почему молодая женщина, что называется, недурной наружности мучила себя и детей? Сдала бы детей в детдом, а сама бы как-нибудь устроила свою личную жизнь.  

Анастасии приходилось работать на двух-трёх работах, она недоедала, недосыпала, но она добилась того, что её дети окончили среднюю школу. Помню, Александра Константиновна с немного виноватой улыбкой рассказала такой эпизод из своей школьной жизни. Шура была худенькой бледненькой девочкой – признак постоянного недоедания. Это стало причиной того, что некоторые  мальчики из зажиточных семей (а такими семьями в то время были не семьи крестьян или рабочих, а тех, кто работал в лагерной администрации) ставили Шуру и ещё одну такую же девочку к стенке (дети своих родителей!) и кидали в них хлебными шариками, стараясь угодить в раскрытые рты голодных девочек. Вот такие были для Шуры школьные завтраки! Пройдёт совсем немного времени и эти мальчики под грохот фашистских танков начнут постигать, что Родина – это не только необъятные просторы, но и вот эти жалкие голодные девчушки, стоящие у стенки с разинутыми ртами...

Выпускной школьный вечер для Александры Константиновны пришёлся на 22 июня 1941 года... Никто из мальчиков-одноклассников с войны не вернулся... Тут следует заметить, что на фронте были и братья Александры Константиновны: Иван и Николай. Иван к концу войны был сержантом; его документы на медали за взятие Кенигсберга и Берлина хранились у Александры Константиновны. Николай был офицером. Казалось бы, братья Рубцовы должны были затаить обиду на советскую власть. Гитлер как раз и делал ставку на то, что такие вот коли, вани, миши, сережи, лишённые родителей, детства, юности, не станут воевать за советскую власть.  Но при чём тут власть, когда в Отечественную войну решалась судьба Родины?  Для русского человека умереть за Родину – великая честь.

Так называемая личная жизнь для Александры Константиновны не удалась: женихи таких вот девочек полегли в братских могилах от Москвы до Берлина.

 У Александры Константиновны была удивительная память на события, имена, фамилии. Надо заметить, что для пожилых верующих (именно верующих!) людей это вообще характерно: человеку под сто лет, а никаких признаков маразма и в помине нет; он помнит имена, отчества, фамилии людей, с которыми его свела судьба в раннем детстве; даже помнит стихи, которые разучивал в первом классе. Покойная свекровь, например, успевшая окончить только два класса церковно-приходской школы, когда ей было уже далеко за восемьдесят лет, помогала решать задачи по математике своим внучкам-семиклассницам. Я часто задумывалась, а почему, собственно говоря, у этих людей такая память, почему у них такой живой взгляд, такой острый ум? И почему мы, нынешние, к тридцати годам уже не можем вспомнить ни имён своих учителей, ни того, чему нас учили в школе. И вот, наблюдая старых людей, я пришла к такому выводу: они благоговейно относились к учёбе да и вообще к любому делу. А ещё они умели быть благодарными. На их долю сполна выпала тяжелейшая честь (или участь?) благодарить за кусок хлеба, даже за те шарики из хлебного мякиша, которые нечаянно попадали им в уста... Благоговение и благодарность – это категории церковного православного сознания. А для нас, воспитанных на безбожии, т.е. на безблагоговейности и неблагодарности, учёба – это только накопление знаний; учителя – это некая информационная система для передачи этих знаний в наши головы. А неиспользуемые файлы, как известно, изымаются из оперативной памяти... Вот тебе и беспамятство. Впрочем, это уже тема для «Основ православной культуры».

...Думала написать небольшой некролог, а пришлось писать о Боге, о Родине и вообще: о судьбе русского человека. Но тут уж ничего не поделаешь: русского человека не бывает без Бога и без Родины.

                                                                            Матушка Фотиния (Сафронова).

 

 


Судьба человека

Она горела духом перед Богом

Умерла Татьяна, пожилая прихожанка Покровской церкви (г. Кирс). В последний раз она была в храме в начале 2009 года, на Крещение, всего за два месяца до смерти.

К врачам она никогда не обращалась, но, вероятно, умерла от рака мозга. Цепенею от ужаса, какие боли она терпела, до последнего пребывая в твёрдой памяти и рассудке! Единственным обезболивающим, которое она позволяла себе незадолго до кончины, была водка, совсем чуть-чуть… Менее чем за сутки она исповедалась, причастилась Святых Тайн. И скончалась тихо, незаметно. А ведь хорошо известно, как тяжело умирают раковые больные… Её успение пришлось на день, когда Святая Церковь отмечает Торжество Православия…

Татьяна родилась либо в Афанасьево, либо где-то неподалёку от него. Семья была благочестивая, верующая и многодетная. Однажды в дом зашла странница. Её приняли, накормили, дали отдохнуть. Уходя,  странница, оглядев кучу копошившихся детей, сказала матери, указав на Татьяну: «А вот эту девку береги: эта вам во спасение, она тебе и глаза закроет». Вскоре после этого на детей как поветрие какое нашло: начали один за другим умирать, выжила только Татьяна.

Уже с 30-х годов прошлого века церкви в Афанасьево не было. Но, удивительное дело, у трёхлетнего ребёнка только и разговоров было, что о «Боженьке». Бывало, спрячется Танюшка за печку и спрашивает мать: «А меня Боженька видит?» «Боженька, ты меня видишь?» – вот первая Татьянина молитва. Это детское лепетанье свершило то, к чему приводит многолетний монашеский подвиг – всегдашнее памятование о Боге, или, как это ещё называют, «хождение перед Богом».

В начальной школе проходили рассказ Чехова о Ваньке Жукове. Татьяну ошеломили такие слова: «… когда хозяева и подмастерья ушли к Заутрене…» С тех пор до окончания школы на столе Татьяны лежал учебник литературы, раскрытый на этой странице. Девочка постоянно думала: «А как это – к Заутрене? И как это в церкви – Заутреня? А церковь – это как? Что там?» Так она и закончила школу со всегдашней думой о Боге и церкви.

Как-то летом Татьяна (в ту пору ей было лет семнадцать-восемнадцать) по-деревенски босиком шла по центральной улице Афанасьево. На автобусной остановке увидела молодую женщину с девочкой. Разговорились.

– Куда?

– В Кирс.

– А там церковь есть?

– Есть.

– Ну, тогда возьмите меня с собой.

Так босиком, без документов Татьяна оказалась в Кирсе, где была действующая церковь. И на работу устроилась, и квартирку сняла. Но главное, стала ходить в храм. Шустрая девчонка, конечно, привлекла внимание прихожан. Однажды Церковь праздновала один из больших летних праздников. Народу собралось много. В очереди на Причастие оказалась и Татьяна. Пожилая, одетая во всё чёрное женщина подозвала её к себе и спросила:

– Ты как часто причащаешься?

– А когда жарко, то два раза, а то и три…

В тот день как раз было жарко… В один день без исповеди причащаться два-три раза! Представляете, какой шум поднялся бы в церкви в наше время, откройся такое! Но Татьяну спасло то, что увидела её та, которую многие кирсинцы в своих помянниках пишут как «монахиня Анна». Впрочем, это была не монахиня, а игуменья одного из уничтоженных большевиками монастырей. В Кирсе она жила вместе со своей келейницей послушницей Анфисой. После революции священнослужителей в Верхнекамье расстреливали помногу: и своих, и привезённых сюда на погибель со всей России. И эти, тогда ещё молодые женщины, взяли на себя подвиг разыскивать по лесам тела погребённых священников и монахов, чтобы похоронить их (одним из таких священномучеников был иеросхимонах Маврикий).

Татьяну как магнитом тянуло к людям духовно совершенным. В поисках таких она объездила всю Россию. Неоднократно была в Пюхтице, в Почаеве, в закарпатских полулегальных монастырях. Её духовником был старец Таврион из Прибалтики. Она рассказывала, как, впервые оказавшись в Пюхтинском монастыре, она каждую ступеньку церкви целовала со слезами… Как-то побывала Татьяна у одного старца, который ещё до войны уже был архимандритом, вследствие чего оказался в местах не столь отдалённых, аж в Сибири. Старец благословил Татьяну с одной монахиней прополоть свой огород. «А огород – весь зарос лебедой в человеческий рост. Мы уже почти всё выпололи, тут старец из своей кельи выходит – аж руками всплеснул: «Вы же все мои овощи повыдёргивали!» Он, оказывается, этой лебедой и питался…» – потом Татьяна показывала мне старый журнал «Московская Патриархия» с некрологом об этом старце.

«Помни час смертный», – вот одно из монашеских правил. Татьяна всё время в уме созерцала как бы лестницу, ведущую на небо: люди по той лестнице поднимаются, а вокруг бесов вьётся видимо-невидимо, и многих бесы сдёргивают и тащат в ад… Она настолько живо представляла себе всю трудность восхождения по лестнице, что из глаз у неё текли слёзы.

Однажды Татьяна сильно расхворалась, никак не могла подняться с постели – лежала, что называется, пластом. Вдруг в комнатку к ней вошёл незнакомый священник во всём облачении:

– Ну что, раба божия Татьяна, лежишь? Вставай!

– Да я, батюшка, и шевельнуться не могу!

– А ты вставай! – Тут священник подал ей руку и поднял с постели. – Теперь ты здорова.

С этими словами он пошёл к выходу.

– Батюшка, да звать-то тебя как?

– Я – Иоанн Кронштадский.

Вот так просто и обыденно взял да явился к Татьяне настоящий святой и излечил её. Притом вполне явственно она ощутила прикосновение его руки! После того случая Татьяна со всем своим жаром бросилась узнавать, кто же это такой, Иоанн Кронштадский, имени которого она до этого не слыхала. И конечно, всё разузнала и даже раздобыла книгу «Жизнь во Христе», на которой был автограф батюшки.

По живости характера Татьяна, резкая, шумная, была близка к умонастроениям юродивых. Был у неё и дар прозорливости. Конечно, мало кто догадывался, что взбалмошная бабка человек удивительный. Юродивые, мы знаем, всегда кого-нибудь обличали, но это было давным-давно. Поэтому Татьяна никого не обличала, но себя не щадила. Бывало, встанет перед Распятием и чуть ли не кричит на всю церковь: «Поганка я! Прости, Господи!»

Она была духовно одарённым человеком. А с одарёнными людьми вообще, я скажу, жизнь не сахар: будь то художник, писатель, композитор, спортсмен или просто человек, самозабвенно любящий свою Родину. Наверное, оттого и не сложилась её личная жизнь, хотя и замужем была, и дочку имела. Конечно же, не могло быть и речи, чтобы её дочь была октябрёнком или пионером. Вся идеологическая машина навалилась на простую русскую женщину, которая не хотела, чтоб из её ребёнка делали строителя коммунизма. Грозились забрать ребёнка в детдом, учителя подбивали одноклассников бить девочку. Мать была непреклонна, как скала, и принуждала дочь страдать за Христа. Ребёнок, в конце концов, не выдержал: тайно от матери вступил в пионеры. Мать, соприкоснувшись с красотой духовной жизни, хотела, чтобы дочь стала монашкой. А дочь выросла и вышла замуж… Приехать на похороны своей матери дочь не сумела…

Татьяну похоронили в Кирсе, в одной ограде с монахиней Анной, послушницей Анфисой и иеросхимонахом Маврикием.

Я не ставила своей целью написать что-либо этакое, елейное. Я хочу, чтоб узнав о Татьяне, люди задумались о святости, о том, как эта святость достигается. Татьяна не похожа на святую? Ну, так что ж, попробуйте сами выбиться в святые в наше время. А я так точно знаю, что она до последней минуты жизни, как свечка, горела духом перед Богом и молилась за Россию…

                                                                                          Матушка Фотинья. 



    
 

Давайте посчитаем!

Спокойствие, только спокойствие...

 

Разговор у нас с вами сегодня пойдёт невесёлый. Другими словами, давайте затронем тему скорби и траура. У нас ведь как бывает – жил, жил человек, а потом взял и умер. Зачастую это становится шоком для знакомых, а для родных – горе, слёзы. И ещё непредвиденные расходы.

Пожилые люди, особенно бабушки, видавшие всякое и  помнящие традиции, нередко «смертное» для себя начинают готовить заранее. Кофточку, юбку, обувь, платок, а то и деньги копят – потому что знают: умирать тяжело, а хоронить сегодня умершего и того тяжелее.

Итак, во сколько же обходятся современные похороны? Не будем рассуждать о траурной церемонии «по высшему разряду», когда за гробом усопшего движутся чёрные иномарки и мужественные франты в чёрных очках. Возьмём пример попроще.

По утверждению людей, занимающихся похоронно-ритуальным бизнесом, в среднем в месяц на кладбище Кирса проходит 12-15 похорон. В последний путь человека хочется проводить, как подобает, чтобы соблюсти все правила и традиции. Это значит – одеяние, гроб, катафалк, могила и поминальная трапеза. Какие расходы придётся нести родным?

Разброс цен зависит от запросов клиента. Сам гроб стоит от 900 до 3 тысяч – смотря какой тканью его обтягивать. Самая дешёвая – ситец, она обойдётся в 130 рублей. Велюр – от 400 до 800 рублей, атлас – порядка 800 рублей за полную обтяжку. В пустую домовину усопшего тоже не положишь, значит, все печальные атрибуты отнимут ещё 200-500 рублей.

Венки в ритуальных службах Верхнекамья стоят от 100 до 1200 рублей – можно обойтись маленькими, скромными, а если позволяют средства, то провожающие и за тысячу рубликов венок приобретут. На могилу принято класть не только живые, но и искусственные цветы – а последние стоят от 10 до 110 рублей.

Катафалк, то есть транспорт, на котором везут гроб с телом до последнего пристанища, по городу проедет за 1300 рублей. В Светлополянске, например, своего кладбища нет, так что светлополянских покойников хоронят также на кладбище Кирса. И перевозка, соответственно, встанет ещё дороже.

С ценами на сами могилы существуют свои нюансы. Зимой копать мёрзлую землю гораздо труднее, чем летом – зачастую её приходится долго прогревать. Так что зимой за выкопанную могилу нужно заплатить 2300 рублей. Летом дешевле – в среднем 1600 рублей.

Как правило, во время похорон над могилой устанавливают простой деревянный крест с именем покойного. Он стоит около 300 рублей. А вот за памятник нужно заплатить больше, и здесь тоже всё зависит от толщины кошелька родных и от их желания увековечить память дорогого им человека. Так, памятник из мраморной крошки стоит от 1500 рублей, из мрамора – от 2500 до 12000 рублей. Самый дорогой материал – гранит, в зависимости от качества памятника это обойдётся от 6000 до 40000 рублей (средняя цена – от 10 до 25 тысяч). А поскольку участок, где покоятся ушедшие от нас, мы привыкли огораживать, то не забудьте про расходы на оградку: это ещё от 450 до 5000 рублей за погонный метр.

И, наконец, поминальный обед. Как правило, в такое меню входит каша, щи, второе (тефтели или бифштекс с гарниром), выпечка. В столовых, готовя эту трапезу, исходят в среднем из 50-80 рублей на человека. Соответственно, для того, чтобы помянуть покойного, как подобает, для обеда на тридцать человек необходимо выложить ещё более 2000 рублей. Учтём здесь тот факт, что в будние дни иные из учреждений общепита обслуживают такие печальные застолья бесплатно, а если поминки приходятся на выходной, то за обслуживание придётся заплатить ещё около тысячи.

И, конечно, спиртное – для похорон непременно покупают водку и вино. Водка в магазинах стоит в среднем от 80 до 140 рублей за бутылку, а их на кладбище и поминальном обеде нужно не менее 15-20. В половинном от этого количестве обычно покупают и вино.

 Кажется, мы припомнили все расходы, кроме процедуры отпевания. Даже в прежние атеистические времена усопших отпевали в храмах или приглашали священника на дом. А теперь – тем более. Сегодня за отпевание вы заплатите 800 с небольшим рублей.

А теперь давайте посчитаем, взяв арифметическое среднее. Для того, чтобы похоронить человека и соблюсти при этом приличия, потребуется около 20 тысяч рублей (если учесть обед на 30 человек, расходы на памятник и оградку). Те, кому позволяет финансовое положение, потратят от 30000 до 50000 рублей. Правда, небольшая часть вам будет компенсирована. Если человек ещё не достиг пенсионного возраста, но был безработным, выплату осуществляет управление социальной защиты населения; если умер пенсионер – нужно обращаться в Пенсионный фонд; в случае смерти работника предприятия или организации средства выплатит работодатель. Однако во всех случаях это будет одна и та же сумма – на сегодняшний день она составляет 4600 рублей. И эти деньги, конечно же, не покроют общие расходы на похороны.

Так что получается – умирать нынче накладно. И хотя финансово-кризисная ситуация в стране, к сожалению, невольно подталкивает многих наших сограждан к преждевременной кончине, лучше постараться выжить. Ну, а коли будем жить – значит, будем играть свадьбы, растить детей и так далее. Всё это, несомненно, тоже влечёт за собой немалые расходы. Но их мы подсчитаем в следующий раз...

 

    
      
 ПоЧАТаем о том о сём?..

Ох уж этот Интернет! Не зря опытные люди утверждают, что это небезопасное занятие – подсядешь, как на наркотик, а соскочить очень трудно. Океан информации, океан возможностей, безумное количество сайтов на все вкусы... И ещё есть порталы, форумы и чаты, где можно просто пообщаться.
Зачем люди приходят в чаты и на форумы? Чтобы мило поболтать, обменяться мнениями, найти единомышленников и друзей по интересам. Там кипит своя жизнь, очень похожая на реальную, со своими сложностями и причудами. Уяснив для себя несколько правил инет-этикета, я нарыла кой-какие чаты без обязательной регистрации и пустилась во все тяжкие. После месяца виртуальной жизни у меня появилась возможность сделать некоторые выводы.
    
      
 
ОБЩЕНИЕ
В чатах, как правило, нет распределения по тематике. Это на форумах можно отыскать интересующую тебя тему и обсуждать её со всех сторон. В чате же общение идёт «в прямом эфире», и разговор скачет от фразы к фразе. Можно забросить тему, и если она окажется интересной, её подхватят. На своём опыте я уже убедилась, что в каждом чате так или иначе подбираются компании по интересам. И тогда тебе остаётся одно из трёх – или принимать участие в обсуждении новой темы, или вступать в разговор сразу с несколькими группами, или вежливо молчать и ждать, пока кто-нибудь не скажет нечто, интересующее тебя самого. Один мой знакомый по чату изобрёл чудесное слово – «кагдилашники». Это о тех, кто ограничивается в беседе вопросом «как дела».
ЛЮДИ
Народа хватает. Здесь опять же всё отдано в ваши руки. Есть молодёжные чаты, где разговоры чаще касаются музыки и компьютеров. Есть подростковые чаты – тем, кому за двадцать, туда лучше не соваться. Есть чаты для людей семейных, но там в основном делятся семейными проблемами. И есть чаты общие, где собираются люди разных возрастов. О секс-чатах и чатах знакомств мы сегодня говорить не будем...
Как правило, чатлане дружелюбны. Не было случая, чтоб на мой «общий привет» никто не отозвался. Обычно в чатах новичков принимают мирно и порой даже пытаются с ходу разговорить. Но если вы пришли с единственной целью – выпустить пар и навешать всех собак на присутствующих, то беседа сворачивает уже на другой уровень. В основном, ограничиваются одним или несколькими предупреждениями, а затем «банят» (запрещают доступ в чат). Хамство здесь не одобряется – некоторое исключение могут сделать лишь для тех, с кем общаются долгое время и уже успели узнать поближе. Но это не значит, что вам простят любую вольность, так что выбирайте выражения.
Люди нечасто приходят в чат под своим именем. Гораздо лучше выбрать ник – своего рода псевдоним, под которым вас и будут узнавать в дальнейшем. Кстати, в некоторых чатах к никам тоже относятся щепетильно. На моих глазах буквально за три секунды модератор забанил гостя лишь за то, что тот зашёл в чат под матерным ником.
ОТНОШЕНИЯ
Чаты и форумы – превосходное место для развлечения и экспериментов. От тебя никто не требует паспортных данных, поэтому ты можешь прикинуться кем угодно. Я выходила и в женском образе, и в мужском, и могу отметить, что здесь всё зависит не только от вашей собственной фантазии, но и от интеллектуального багажа. На новую девушку в чате обычно обращают внимание мужчины – норовят вызнать, откуда, просят фото, в общем, заценивают. Разговор при этом ведётся необязательный, идёт переброс дружелюбными, но пустыми репликами. На мужское имя почему-то реагируют больше. Парни ищут собеседника по интересам, а девушки – нового виртуального поклонника. В результате мой мужской персонаж оказался гораздо привлекательнее для завсегдатаев нескольких чатов. С некоторыми из них мы даже обменялись электронными адресами. К счастью, пока никто из новых знакомых не напрашивается в гости...
Ещё несколько слов о том, куда может завести виртуальное знакомство. Когда вам не скрываясь рассказывают о себе, называют имя, возраст и место жительства, это не значит, что всё так и есть на самом деле. За образом романтического 18-летнего мальчика может стоять 40-летний любитель острых ощущений, и в жизни он, вполне возможно, окажется не романтиком, а подлецом. Так что обращаюсь в первую очередь к девушкам, которые стремятся с помощью интернета найти свою единственную любовь – будьте осторожны! Одно дело потрепаться вечерком в чате с приятным собеседником, и совсем другое – рассчитывать на близкие отношения в реальной жизни. Кстати, так получилось и со мной. Девушка из Нижнего Новгорода, очарованная манерами моего мужского персонажа, по какой-то причине решила переступить черту дружеских отношений и начала забрасывать меня ревнивыми письмами. Пришлось приложить немало усилий, дабы втолковать ей, что мечты и реальность – вещи разные.
ЯЗЫК
Это вообще отдельная песня. У любителей интернета давно выработался свой язык общения, к которому нужно привыкнуть. Многие слова нарочно перекраиваются («поки» вместо «пока», «лан» вместо «ладно»), зачастую идут сокращения («норм» вместо «нормально») и так далее. А кроме того, для передачи эмоций в невообразимом множестве используются смайлики – забавные рожицы. Это тоже в какой-то степени заменяет беседу. Но когда ты смотришь на монитор и вместо слов видишь ползущие столбцы таких смайликов – становится скучно. Не знаю, кому как, а мне нужен живой разговор, а не общение с помощью рисунков. Иногда смайлики заменяются знаками препинания – например, скобка влево обозначает улыбку, а скобка вправо, напротив, уныние...
Матерятся в интернете виртуозно. Замечу, что в одних чатах сидят модераторы (шаманы, киллеры), которые лично следят за порядком. В других чатах присутствует автоцензор, который заменяет матерное слово на нечто иное, приблизительно подходящее по смыслу. Поэтому когда вы читаете фразу: «Иди на неизвестная величина!», не выкатывайте в изумлении глаза – это сделано для того, чтобы не пропустить мат. Однако очень часто человеку удаётся обдурить автоцензора, и тогда в эфир выстреливаются фразы, смысл которых всем понятен, но которые невозможно читать без смеха.
    

 ЧАТ ИЛИ НЕ ЧАТ?
Пожалуй, самое лучшее в прогулках по чатам – это возможность пообщаться с новыми людьми. Ну правда же, здорово: ты сидишь за компьютером и, не выходя из дому, имеешь возможность поговорить со множеством таких же домоседов. В чаты приходят люди не только из разных городов России, но и из-за рубежа. Среди моих виртуальных знакомых – пианистка из Бельгии, таксист из Пскова, рабочий завода из Нижнего Новгорода, диггер из Екатеринбурга, школьница из Донецка... Если вы сумеете найти с собеседником общий язык, вы всегда узнаете много нового и любопытного. Уже из-за одного этого стоит скоротать вечерок за монитором.
Не хотите попробовать?..))

МАУС, «ПН».

 

    
      
  Брак, освящённый Небом
Это, пожалуй, сама неординарная семейная чета в нашем районе. Он – сын репрессированных, она – дочь ортодоксального коммуниста. Он – поэт по призванию, она – составитель его книг, помощник во всех литературных делах и сама – интересный исследователь и прозаик. Он – священник, она – матушка. Сафроновых в Верхнекамье знают все. Да и не только в Верхнекамье, но и далеко за его пределами.
    
      
 
Леонид Сафронов – с 1989 года член Союза писателей России, автор нескольких проникновенных поэтических книг, лауреат премий журналов «Москва» и «Наш современник». В конце 2007 года вышла в свет книга Светланы Сафроновой «Чудный старец» о двух великих сподвижниках – преподобном Трифоне, Вятском чудотворце, и Симеоне Столпнике. «Чудный старец» был издан благодаря поддержке главы района О.И. Чежеговой и депутатов районной Думы. В начале 2008 года эта книга с большим успехом была представлена в рамках благотворительного Духовно-Просветительского цикла «Возвращение на Родину», который начал свою работу в Москве в октябре 2007-го. А в середине апреля прошлого года состоялся ряд мероприятий, посвящённых 625-летию явления иконы Николая Великорецкого и истории Великорецкого крестного хода. Нашу область представляли известный писатель В.Н. Крупин, постоянный участник многодневных вятских ходов, и супруги Сафроновы, которые более 15 лет вместе с детьми идут Великорецким крестным ходом. Вечер, посвящённый вятской земле, проходил в московском Центральном Доме кино. Матушка Фотинья рассказала, что атмосфера была очень тёплой, ведь в зале собрались те, кому не безразлична судьба родной страны, кому интересна русская история и кто не мыслит свою жизнь вне Православия.
Отец Леонид читал свои новые стихи, которые ещё нигде пока не опубликованы, рассказывал о подготовке новой книги, отвечал на многочисленные вопросы собравшихся в зале. Матушка Фотинья, в свою очередь, представляла книгу «Чудный старец», рассказывала об исследовании жизни и подвигов преподобного Трифона Вятского. Владимир Крупин, признанный одним из лучших православных писателей России конца прошлого-начала нынешнего века, говорил о своём творчестве и о судьбе вятской земли.
Чета Сафроновых приняла участие и в торжественном закрытии Духовно-Просветительского цикла «Возвращение на Родину» – оно состоялось в Москве 19 июня 2008 года и было посвящено 1050-летию со дня крещения Святой равноапостольной княгини Ольги, 1020-летию крещения Руси и 1145-летию рода Рюриковичей.
Встречая Сафроновых, всегда вспоминаю известное изречение о том, что в своем Отечестве пророка нет. Общаясь с ними, не перестаю удивляться тому, насколько они дополняют друг друга. И одновременно недоумеваю: матушка Фотинья – женщина вполне самостоятельная, активная, уверенная в себе, казалось бы, какое там «да убоится жена мужа своего…» Тем не менее, она для своего мужа и помощник, и советчик, и личный секретарь, и, вероятно, главный критик. «Все мы воспитаны по-советски, – соглашается матушка. – Смиряться всегда тяжело. Но наш брак освящён церковью, а у священников иначе и быть не может, и силы на что бы то ни было черпаем в вере, в церковных таинствах. Само по себе венчание не гарантирует безмятежной супружеской жизни, нужно постоянно самосовершенствоваться, изо дня в день подкреплять свою веру делами. Ведь мы же чистим зубы каждый день, верно? Так и с душой – её тоже нужно постоянно очищать от житейской грязи». На мой вопрос, кому в семье приходится уступать, если случаются житейские разногласия, матушка ответила шуткой: «А это уж как получится, кто кого переубедит. Бывает, что и моя возьмёт. А отцу Леониду куда деваться, священникам разводиться или жениться повторно не позволяется, значит, придётся меня терпеть!» Ну, а если серьёзно, то такое единодушие, взаимопонимание и взаимоуважение, как у Сафроновых, в наши дни не часто встречаются. Сомневаться не приходится – их брак действительно освящён Небом.

Н. Хитрова, «ПН».
    
      
                                               Приходите в ЦПИ!

Для того чтобы знать свои права, необязательно учиться на юридических факультетах. Можно стать более грамотным в правовом отношении и путём самообразования. Для этого в центральной библиотеке Кирса и городской библиотеке Рудничного и созданы центры правовой информации – ЦПИ.
Принцип деятельности ЦПИ – общедоступность и бесплатность. Цель – обеспечение информационно-правовой поддержкой. Наш центр правовой информации обеспечивает сбор, систематизацию и хранение документов по вопросам российского законодательства и местного самоуправления; формирует тематические подборки по наиболее актуальным темам; использует данные правовой системы «Консультант Плюс», то есть желающим предоставляется широкий спектр постоянно обновляющейся юридической информации. Поиск возможен даже при минимальной сумме начальных сведений. В ЦПИ студенты могут воспользоваться учебниками по праву не только в традиционном, но и в электронном виде.
За четыре месяца работы ЦПИ в Рудничной библиотеке только с помощью справочно-правовой системы «Консультант Плюс» выполнено 135 запросов. Среди тех, кто сюда обращается – студенты, пенсионеры, домохозяйки, работники бюджетных учреждений и органов местного самоуправления. Наш8их посетителей волнуют самые разные темы: детские пособия, жилищно-коммунальные услуги, гарантии безработным, трудовое право, жилищные сертификаты, пенсии военнослужащим, приватизация, дачная амнистия и многое другое. В нашем центре можно также ознакомиться с изменениями в законодательстве, комментариями к нему, формами статистической отчётности, бухгалтерского учёта и так далее.
За короткий срок мы смогли убедиться, что ЦПИ – услуга нужная и востребованная. Приглашаем всех, кто ещё не знаком с центром правовой информации, в городскую библиотеку Рудничного.
Г. Шиц, заведующая библиотекой.



    
                                      Приходите к ним лечиться

На одном из собраний жителей посёлка Рудничный люди пожаловались, что в больнице нет современного стоматологического оборудования. Спешим поделиться хорошей новостью – в Рудничную участковую больницу недавно поступила суперсовременная стоматологическая установка импортного производства. Средства на её приобретение, 184 тысячи рублей, были выделены из районного бюджета. Теперь у жителей посёлка одной проблемой станет меньше, ведь единственный врач в Рудничном, на приём к которому было сложно попасть, – зубной. Дело в том, что старое стоматологическая установка регулярно ломалась, и её приходилось постоянно ремонтировать. Сейчас зубные врачи смогут оказывать помощь больным в полном объёме.
Сотрудники Рудничной участковой больницы, а здесь сегодня трудятся 112 человек, похоже, могут не волноваться по поводу предстоящего сокращения койко-мест в медицинских учреждениях района. Сейчас в больнице 38 коек круглосуточного пребывания и 16 – дневного, и все они постоянно задействованы. К примеру, в первом квартале терапевтическое отделение выполнило план по исполнению койко-дней на 141%, а детское отделение – на 115%. По словам главного врача М.А. Абдусаламова, можно было бы ещё увеличить эти показатели, если б не ограниченность средств, выделяемых Фондом медицинского страхования. Несмотря на кризис и необходимость экономии бюджетных средств, численность населения посёлка осталась прежней, и здоровее люди не стали. А значит, и сокращать больше больничные койки не имеет смысла.
Магомед Абдусаламович сообщил ещё одну хорошую новость: в Рудничной участковой больнице начался ремонт системы отопления, стоимость которого выльется почти в миллион рублей. А ещё работники больницы надеются на получение автомобиля «Нива», правда, этот вопрос пока не решён окончательно. Но главной проблемой участковой больницы остаётся отсутствие врача-хирурга. К сожалению, сейчас хирургических больных из Рудничного приходится направлять в другие медицинские учреждения района.
Н. Хитрова. «Прикамская новь».



    
                                Все краски мира – в «Истоках»

Весной районная газета «Прикамская новь» писала об одиннадцатикласснице из Рудничного Елене Кузиковой, которая заняла первое место в 12 областном конкурсе исследовательских работ по краеведению. Оказалось, что история родного края – не единственное серьёзное увлечение Елены. Недавно она стала лауреатом областного конкурса изобразительного творчества учащихся образовательных учреждений Кировской области «Разноцветный мир». Об этом нам рассказал С.В. Наймушин, преподаватель изостудии «Истоки».
По словам Сергея Васильевича, «Разноцветный мир» – не просто конкурс детского рисунка, по сути это смотр мастерства юных художников, занимающихся в художественных школах и изостудиях. Победить в нём было очень непросто, ведь в двух конкурсных номинациях, «Живопись» и «Графика», было представлено около шестисот работ. И всё же композиция Елены Кузиковой на тему драмы А. Островского «Гроза» оказалась лучшей в номинации «Живопись».
– А ведь Лена занималась в изостудии «Истоки» всего два года, то есть она начала серьёзно рисовать в пятнадцатилетнем возрасте, и вот такой успех! – сказал С.В. Наймушин. – Мы все очень рады за неё и надеемся, что любовь к прекрасному всегда будет сопровождать её по жизни.
Конкурс «Разноцветный мир» – не единственный, где ребята из изостудии в этом году принимают участие. С.В. Наймушин отправил работы своих воспитанников на международные и всероссийские конкурсы детского изобразительного искусства. Юные художники, а сегодня в «Истоках» занимаются около шестидесяти мальчишек и девчонок самого разного возраста, с нетерпением ждут результатов и готовятся после летних каникул с новыми силами заняться живописью и резьбой по дереву.
В последнее время в изостудии стало особенно интересно, ведь занятия сейчас проходят под музыку.
– В Новый год депутат районной Думы В.Н. Ефимов сделал нам замечательный подарок – музыкальный центр, – говорит С.В. Наймушин. – Теперь самые маленькие рисуют под звуки живой природы, ребята постарше – под классическую музыку. А когда им хочется отдохнуть, включают современные мелодии. Валерий Николаевич Ефимов не первый раз радует нас подарками – благодаря ему у нас появились хорошие профессиональные краски (масло, акварель, гуашь), он же оплатил оргвзнос 1500 рублей для участия в международном конкурсе «Все краски мира-2009». В наших успехах есть частичка и его души. Спасибо В.Н. Ефимову и всем нашим добровольным помощникам!
Н. Хитрова. «Прикамская новь».



    

           Строевая подготовка — как балет!

 «Дорогие защитники Отечества! Солдаты, матросы, сержанты, прапорщики, офицеры, генералы — с праздником всех вас, крепкого вам здоровья, душевного равновесия, успехов в нелёгком ратном труде на благо Родины! Храни вас Бог!..»

Это выдержка из письма В.В. Бабикова. Валентин Васильевич живёт в Рудничном и нередко присылает в редакцию «ПН» свои воспоминания и зарисовки из жизни. Вот и к празднику 23 февраля он прислал небольшую подборку.

Когда-то и я был солдатом. Всякое случалось, в армии всё вперемешку — и суровые будни, и солдатский юмор. Хочу рассказать об одном забавном случае из армейской жизни.
Однажды я был назначен дежурным по роте. Всех своих обязанностей раскрывать не буду, поведаю лишь об одной. Военнослужащие, которым требовалась медицинская помощь, могли посещать санчасть. В каждой роте имелась книга посещений санчасти, туда заносились данные пациента, диагноз. Идти в санчасть разрешалось только организованно, под командой дежурного по роте.
В день моего дежурства больных набралось семь человек. Приём вёл капитан медицинской службы Ломанов. Взял я книгу посещений и повёл команду в санчасть. Там отдал книгу доктору, начался приём. Ломанов каждому измерял температуру и давление, проверял горло. Когда все прошли обследование, доктор вернул мне книгу посещений, и я решил посмотреть, какой кому он диагноз поставил.
Диагноз у всех был написан крупными буквами: «Сачкует». А напротив фамилии одного рядового стояло: «Злостный сачок».
Таких «больных» в части не очень жаловали, и старшина роты всем им объявил по два наряда вне очереди. Да, лучше уж так не болеть...

Валентин Васильевич собирает также забавные высказывания из армейской жизни. Какие-то из них вам, несомненно, доводилось слышать, поскольку армейский юмор знаком многим.

«От занятий военным делом у вас останется звание».
«Снаряд летит сначала по параболе, а потом по инерции».
«Танки наступают небольшими группами, по два-три человека».
«Забор как упал, так и стоит пять дней».
«По команде «Равняйсь!» поворачиваем правую голову».
«Строевая подготовка — это как балет!»
«Автомат ставьте на колено левой руки».

"Прикамская Новь"

    
      
 О ВЕЛИКОРЕЦКОМ КРЕСТНОМ ХОДЕ


О Великорецком крестном ходе написано уже немало статей, книг, снято много фильмов. При желании всё это можно найти, прочитать, прослушать, посмотреть. Повторяться мне бы не хотелось, но, и оригинальничать смысла не вижу.
Наша семья, на сегодняшний день, пожалуй, больше других из Верхнекамья паломничала на реку Великую.
Итак, почему мы идём в Великорецкий крестный ход? Не знаю. Потому что промысел божий необъясним. Потому что мне, лично, там хорошо. Потому что есть красота природы, мыслей, чувств, потому что есть в человеке такое свойство как радость. Однажды у одного девяностолетнего старичка, который шёл, опираясь на две палки, но шёл достаточно легко, быстро, работая своими посошками, как лыжными палками, спросили: «Дедушка, почему вы-то пошли на крестный ход?» «Из благодарности к Николаю Чудотворцу – он так много сделал для России», – ответил старец. Вы подумайте только: этот древний старик, крестьянин, конечно же, не имеющий высших образований, не состоящий ни в каких партиях, мыслит как государственный человек. Для него Россия – не политический лозунг, а вся его жизнь. Мне, лично, ещё далеко до такого осознания Великорецкого крестного хода.
...Мы начинали ходить на крестный ход, когда ещё ходили так называемые старорежимные бабушки. Они были удивительны. Мы учились у них. И мы, хоть и прошло пятнадцать лет, ещё не превзошли своих учителей. Многим из них было тогда за восемьдесят лет. Едва миновав Киров, они начинали петь акафист (особые молитвенные песнопения) Николаю Чудотворцу, притом наизусть (чтобы прочитать акафист один раз, нужно 20-25 минут); их пение прекращалось только на привалах – и так все пять дней, лишних разговоров они не вели, но, тем не менее, были очень приветливыми и радостными. Многие из них, например, как Маргарита, о которой писал Крупин В.Н., сидели в тюрьмах за веру. Маргарита отсидела десять лет. К слову сказать, она приходилась сестрой кирсинскому священнику отцу Сергию, бывшему офицеру, участникшка Фотинья, в свою очередь, представляла книгу «Чудный старец», рассказывала об исследовании жизни и подвигов преподобного Трифона Вятского. Владимир Крупин, признанный одним из лучших православных писателей России конца прошлого-начала нынешнего века, говорил о своём творчестве и о судьбе вятской земли.у Великой Отечественной войны. Отец Сергий служил в Кирсе где-то в годах семидесятых. После первого нашего крестного хода мы встретились с Маргаритой в центре Кирова. Идёт она сияющая, улыбка до ушей, узнала нас, подошла: она-то исповедница, а мы-то – ещё никто, душевно поздоровалась с нами, поговорили... Последний свой крестный ход Маргарита пошла, имея за плечами уже 86 лет жизни. На обратном пути она несколько раз падала в обморок, и, в конце концов, уже перед самым Кировом её посадили на автобус. На следующий год духовник уже не благословил её на крестный ход; она пришла проводить паломников до Макарья. Мы шагали с ней вместе, походка её была бодрая, упругая, она была всё такая же радостная. А осенью её уже не стало... Царство ей Небесное!
Мы тогда ещё только начинали воцерковляться, поэтому я пошла на свой первый крестный ход в брюках – ведь я ещё не представляла себе, что по лесу можно ходить в юбке, и крестный ход – это такое же Богослужение, только храмом становится всё поднебесье, сколько может охватить взгляд. Так вот, я – в штанах, а вокруг меня люди, которые исповедовали Христа не на словах, а на деле, и своей кровью это исповедование запечатлели. Что в таких случаях предпринимают наши нынешние богомольные старушки, бывшие «комсомолки, спортсменки, красавицы», когда в церкви оказывается молодая девушка в джинсах или юбке неподходящего фасона? Начинают учить, стыдить, пока, наконец, «богохульница» не убежит с решимостью никогда больше не переступать церковного порога. А вот мне ни одна из тех старушек, сохранивших веру в Бога в лагерях, на фронте, при всех коллективизациях, словом не обмолвилась, чтобы меня носом тыкнуть в мою бестолковость. Это не было равнодушием с их стороны, просто они знали: если меня привёл на крестный ход Николай Чудотворец, то он сам мой срам и прикрыл. Но они молились за всю нашу необъятную Россию и за меня, едва-едва научившуюся осенять себя крестным знамением. Если я чего-то сейчас понимаю в Церкви, так это в значительной степени благодаря им, о именах которых я даже не потрудилась поинтересоваться.
Начиная с прошлого года икону Николая Великорецкого митрополит Вятский и Слободской Хрисанф благословил возить по всей области. Возобновляются старинные духовные обычаи.
В Вятской губернии крестные ходы шли не переставая: закончится один, начнётся другой. Вся земля со всех концов непрестанно осенялась иконами. Чудотворны все иконы. Я лично видела, как мироточат обыкновенные бумажные иконочки, неоднократно получала помощь именно от простых икон. Но как есть Ангел-хранитель у каждого человека, так есть Ангел-хранитель у каждого села, города, народа... Ангелам соответствует икона. Есть иконы личные, а есть и государственные. Для Вятки такой иконой является икона Николая Великорецкого. Нас много лет убеждали, что икона – это доска доской. И в то же время за неуважительное отношение к портретам вождей можно было угодить за решётку. Мне известен случай, когда человек-рудниковец получил десять лет лагерей за то, что во время ремонта портрет Сталина завалился за сундук и там провалялся помятый и запылённый. Но икона больше, чем портрет, уже хотя бы потому, что на ней изображён человек святой. То, что Николай Чудотворец своей иконой посетил в прошлом году Верхнекамье, равносильно тому и даже более того, как если бы посетил нас, скажем, губернатор. Но губернаторы, как, впрочем, и президенты, приходят и уходят, а Николай Великорецкий остаётся.
Что можно ожидать от посещения нас иконы Николая Великорецкого? Милости Божией. Как это понимать? В наших иконах содержится великая благодатная сила. Можно сказать иначе: через иконы Бог подаёт просителю благодатные энергии. Для того чтобы любить Родину, семью, мать, отца, жену, детей нужны силы, или энергия. Согласитесь, что в колбасе, хлебе таких энергий вы не найдёте. Такими энергиями как раз и располагает Церковь. И, в частности, она преподаёт их через святые иконы.



    
      
 
Почему существуют крестные ходы? Они существуют потому, что идеал России – это Святая Русь. А Святая Русь – Дом Пресвятой Богородицы, Дом Пресвятой Троицы. Одним словом – это просто Храм Божий. А в храме должны проводиться Богослужения. Вот таким Богослужением и является Крестный Ход. Верующий, т.е. русский человек, остро переживает это ощущение храма. В храме надо вести себя свято. Поэтому верующий человек и на природе ведёт себя как в церкви: не станет загаживать землю мусором, не станет отходы спускать в реку. Россия – это единственная православная страна, для которой были характерны многодневные крестные ходы, иными словами Россия – единственная страна, которая мыслится как храм Божий. Великорецкий крестный ход – это, пожалуй, что самый древний из российских ходов, кроме того – это единственно сохранившийся многодневный крестный ход. Все усилия советских властей закрыть его не увенчались успехом. Помню, одна старушка, подвижная, крепкая, с сильным голосом, что называется, гром-баба, рассказывала о хрущёвских временах, когда крестный ход запрещали, а паломников вылавливали солдаты и милиция: «Окружили нас, человек двести, в лесу солдатами и давай по нам стрелять, запугивать, а я ж на фронте была, я что, не могу боевых выстрелов от холостых отличить?! Вот мы и рванули прямо на их выстрелы – пробились!» В те времена, естественно, священникам невозможно было вести крестоходцев, но тогда, как я слышала, крестный ход иной раз вели дьяконы: одетые, так сказать, в штатское, молодые и безбородые, они не очень концентрировали на себе внимание. Согласно установкам властей, правящие архиереи в день, когда паломникам нужно было выходить из Кирова, произносили весьма гневные речи против крестного хода. Одна из старушек-паломниц так это рассказывала: «Стоим мы в храме – владыка распаляется, кричит: «Не благословляю!» – мы все слушаем, опустивши головы. Служба закончилась. Небольшая группа наших идёт к дому владыки, становимся на противоположной стороне улицы, как бы сами по себе между собой разговариваем, а сами ждём. Вот занавесочка на окошечке дрогнет – и из-за неё показывается благословляющая рука владыки. И уж после мы все смело идём на Великую». Так что даже в самые «запретные» годы крестный ход на реку Великую всегда благословлялся владыками.

    
      
 
Матушка Фотинья (Сафронова).
    
      
 



    
      
 



    
   


    
      
      




    
      
Карта сайтаСсылкиСобытияФорум ИсторияУзнай себяГостевая книгаСтатьиПоэзияКнига памятиТехнология спаивания
Our WAP    Rambler's Top100    Кировская область Система автоматической регистрации сайтов в
каталогах, рейтингах и поисковых серверах, услуги продвижения и рекламы сайтов
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS